Согласно предварительным данным, событие, впоследствии квалифицированное как «летний Мухомориковский коллапс», достигло своей кульминации в 18:47 по московскому времени, когда автономный робот-пылесос модели «Чистюля Про 3000», известный своей дотошностью и программной стабильностью, внезапно, без видимых на то причин, изменил траекторию движения, проигнорировав установленные датчики, и на полной скорости протаранил стеклянную дверцу холодильника. Последняя, не выдержав ударной нагрузки, дала трещину, выпустив наружу облако холодного пара и спровоцировав короткое замыкание в соседней розетке. Этот инцидент произошел на фоне общего ажиотажа, вызванного критическим недостатком питьевой воды, неработоспособностью трех из четырех кондиционеров, и криками главы семейства Мухомориковых, Александра Петровича, ювелира по профессии, который в тот момент пытался убедить жену, Марину Сергеевну, владелицу сети санаториев, что билеты на группу «Рыжие бестии», приобретенные им для семейного похода на концерт, на самом деле были билетами на группу «Рыжие листья», что, как выяснилось, являлось совершенно другим музыкальным коллективом, выступающим, к слову, в другом городе.
Чтобы понять масштабы произошедшего, необходимо вернуться к истокам, точнее, к моменту, когда семья Мухомориковых обосновалась в коттеджном поселке «Лазурный берег». Это было место, где каждый дом стремился к идеалу, а газоны стриглись с хирургической точностью. Александр Петрович, человек удивительной усидчивости и тонкого вкуса, проводил дни в своей мастерской, создавая изящные украшения, которые расходились по самым взыскательным клиентам. Его руки, привыкшие к филигранной работе с микроскопическими деталями, были образцом точности. Марина Сергеевна, напротив, управляла своим санаторным бизнесом с той же железной хваткой, с какой дирижер управляет оркестром. Её график был расписан по минутам, а любое отклонение от плана рассматривалось как личное оскорбление.
Дети, как это водится, были отражением, а иногда и причудливым искажением родительских черт. Старший сын, Игорь, тринадцати лет, был убежденным конспирологом. Он видел скрытый смысл в каждой тени, каждом шорохе, и регулярно сообщал семье о готовящихся заговорах мирового правительства, рептилоидов и внеземных цивилизаций. Его комната напоминала штаб-квартиру тайной организации, увешанную вырезками из газет и схемами. Средний сын, Антон, одиннадцати лет, был полной его противоположностью – юным астрономом. Он знал наизусть все созвездия, фазы Луны и траектории комет. Любой семейный спор он мог прокомментировать, отсылая к положению Юпитера или влиянию солнечной активности. Младшая дочь, Настя, девяти лет, была прирожденным гением цифрового мира. Она взломала родительский Wi-Fi еще в семь лет, чтобы получить доступ к запрещенным ей мультикам, а к девяти уже писала небольшие скрипты, оптимизируя свои онлайн-игры. Ее способности, по мнению родителей, были как благословением, так и постоянной угрозой.
В этом июльском пекле, когда асфальт на дорогах «Лазурного берега» плавился, а воздух в доме, несмотря на круглосуточно работающие кондиционеры, казался вязким и горячим, в семью Мухомориковых прибыл гость. Это был Геннадий Сергеевич, младший брат Марины Сергеевны, программист-фрилансер, которого в семье ласково, но с легкой долей отчаяния, называли дядей Геной. Он был человеком, который, казалось, существовал в совершенно иной реальности, состоящей из строк кода, дедлайнов и бесконечного потока информации. Его любимое место было кресло в углу гостиной, где он, с ноутбуком на коленях, сливался с фоном, изредка издавая что-то вроде: «Ага, я так и думал…», или «Черт, опять баг». От жары он спасался в своей виртуальной реальности, не вылезая из толстовки, невзирая на показания термометра.
Именно в эту духоту, в один из тех дней, когда даже шепот казался чрезмерным усилием, Александр Петрович, пытаясь порадовать жену, сообщил о покупке билетов на концерт.
— Дорогая, — начал он, входя на кухню, где Марина Сергеевна пыталась приготовить что-то легкое, но термоядерное, — я тут сюрприз приготовил. Купил билеты на «Рыжих бестий»! Ты же хотела.
Марина Сергеевна, протирающая лоб, слегка прищурилась.
— На «Рыжих бестий»? Саш, ты уверен? Они же в другом городе, и вообще, они сейчас в отпуске. Я думала, ты про «Рыжие листья» говорил, которые в парке на фестивале играют.
Александр Петрович замер, на его лице отразилось сначала недоумение, затем медленно нарастающий ужас.
— «Рыжие листья»? Но я же специально искал «бестий»! Помнишь, ты говорила, что их солистка очень похожа на…
— На ту актрису, что тебе нравится, да, помню, — вздохнула Марина Сергеевна, отставляя сковородку. — Но «Рыжие листья» — это фолк-группа, а «Рыжие бестии» — это хард-рок. Совершенно разные жанры, Саш. И ты купил билеты на хард-рок концерт в Туле?
Наступила неловкая пауза, прерываемая лишь равномерным гулом робота-пылесоса, который в этот момент старательно объезжал ножку стола, следуя своей программе. «Чистюля Про 3000» был подарком Марины Сергеевны мужу на годовщину, символизируя ее стремление к порядку и его, Александра Петровича, к технологическому прогрессу, который мог бы облегчить его быт, освободив время для ювелирных шедевров. Однако, в условиях аномальной жары, даже эта безупречная машина начала демонстрировать признаки некоторого нервного истощения: она стала чаще вибрировать, издавать странные попискивания и иногда, казалось, намеренно заезжать под ноги.
— Возможно, это заговор, — немедленно прокомментировал Игорь, высунув голову из-за дверного проема. — Инопланетяне хотят, чтобы вы поехали в Тулу и там… что-то произошло. Я читал про такие случаи.
— Или это влияние планеты Уран, — добавил Антон, выглядывая из-за спины брата. — Она сейчас находится в оппозиции к Солнцу, что может вызывать нарушения в логических процессах.
Настя, сидевшая на полу с планшетом, лишь фыркнула.
— Уран здесь ни при чем. Папа просто плохо читал название. Это называется «ошибка в парсинге данных».
Дядя Гена, который, как казалось, не обращал внимания на происходящее, вдруг пробормотал из своего кресла:
— «Рыжие бестии»… это, кажется, те, что в прошлом году на моей страничке в соцсетях спам рассылали. Схемы фишинговые, помню.
Инцидент с билетами стал катализатором. Жара, достигшая своего пика, начала выводить из строя домашнюю технику. Первым сдал позиции один из кондиционеров в гостиной, издав утробный стон, затем замолчал. Часом позже, когда Александр Петрович безуспешно пытался дозвониться до службы поддержки, второй кондиционер в спальне родителей последовал его примеру.
— Это все они! — воскликнул Игорь, указывая на небо. — Они используют какие-то лучи, чтобы вывести из строя наши системы!
— Не лучи, Игорь, а солнечная активность, — поправил Антон. — Корональные выбросы массы могут влиять на электромагнитное поле Земли, вызывая сбои.
Настя, тем временем, уже сидела с маленькой отверткой, пытаясь вскрыть неработающий кондиционер.
— Тут просто какой-то модуль заглючил. Я могу попробовать перепрошить. Мне кажется, я видела похожие схемы в сети.
— Не трогай, Настя! — хором воскликнули родители, предвидя худшее.
Однако самым неустойчивым элементом в этом раскаленном хаосе оказался робот-пылесос. Он начал вести себя странно. Вместо того чтобы методично убирать пол, он стал хаотично метаться по комнатам, врезаясь в мебель, издавая жалобные, а порой и агрессивные писки. Его датчики, очевидно, вышли из строя под воздействием высокой температуры или, как настаивал Игорь, «внешнего управляющего сигнала». Он несколько раз заехал под стол, где прятался дядя Гена, чем вызвал у последнего редкий всплеск эмоций.
— Эй! — крикнул дядя Гена, отрываясь от ноутбука. — Эта штука сейчас мне кабель перегрызет!
Александр Петрович, пытаясь отвлечься от проблемы с билетами и всеобщим перегревом, решил заняться пылесосом.
— Дай-ка я посмотрю. Возможно, это просто что-то с колесиком. Мои руки привыкли к тонкой работе, я уверен, справлюсь.
Его ювелирные навыки, однако, оказались малопригодны для диагностики бытовой электроники. После пятнадцати минут ковыряния с отвёрткой, пылесос, ранее хотя бы ездивший, теперь перестал подавать признаки жизни вообще.
— Отлично, Саш, — сказала Марина Сергеевна, которая в тот момент пыталась уговорить горячую воду из крана стать холодной. — Теперь у нас нет ни концерта, ни кондиционеров, ни пылесоса. Что дальше?
— Я думаю, это начало… — таинственно начал Игорь.
—…Нового цикла пятен на Солнце, — закончил Антон.
Настя, в свою очередь, уже искала в интернете схемы пылесоса, бормоча под нос:
— Папа, ты не туда нажал. Здесь логика другая.
Тем временем, проблема с билетами оставалась нерешенной. Концерт «Рыжих бестий» должен был состояться через два часа в Туле, а «Рыжих листьев» — через час в местном парке, и на него Мухомориковы не имели билетов вовсе. Александр Петрович пытался дозвониться до техподдержки сайта, где покупал билеты, но трубку никто не брал.
— Это все происки конкурентов, — заявила Марина Сергеевна, пытаясь сохранить спокойствие, но ее голос дрожал от жары и напряжения. — Они знают, что я планировала провести этот вечер в тишине и покое, и решили все испортить.
Именно в этот момент, когда градус абсурда достиг пика, а температура в доме перевалила за 30 градусов, робот-пылесос, который Александр Петрович "починил", неожиданно ожил. Он издал пронзительный визг, похожий на крик раненой чайки, и рванул вперед с невероятной скоростью. Его траектория, ранее хаотичная, теперь стала целенаправленной. Он направился прямо к холодильнику, стоявшему в углу кухни, на котором лежали последние запасы льда. Тот самый холодильник, с той самой стеклянной дверцей. И далее последовал удар, треск и облако пара, описанные в начале.
— Мой лед! — завопил Александр Петрович. — Там был мой лед для виски!
Настя, с широко раскрытыми глазами, указала на пылесос.
— Смотрите! Его прошивка! Она изменилась!
Игорь достал телефон.
— Я же говорил! Это инопланетный вирус! Он управляет техникой!
Антон, с абсолютно серьезным видом, приложил палец к губам.
— Тише, кажется, я слышу… Нет, это не комета. Это Марина Сергеевна.
В этот момент, когда казалось, что ситуация полностью вышла из-под контроля, в открытую от жары дверь вошел сосед Мухомориковых, Борис Иванович, отставной полковник, известный своей любовью к порядку и выращиванию экзотических роз. Он держал в руке садовый шланг.
— Соседи, — начал он своим командным голосом, — что за шум? У вас тут дым идет. И, если я не ошибаюсь, это запах горелого пластика.
Марина Сергеевна, сжав кулаки, попыталась объяснить:
— У нас тут… небольшие неполадки с техникой. И билеты. И жара.
Борис Иванович, осмотрев разрушенный холодильник, дымящуюся розетку и дергающийся пылесос, который теперь издавал звуки, напоминающие Азбуку Морзе, поднял бровь.
— Понятно. Хаос. Ну что ж, мне не привыкать к хаосу. В свое время мы и не из таких ситуаций выходили.
Он спокойно подошел к пылесосу, который, казалось, пытался атаковать его ногу, и, не говоря ни слова, нажал на какую-то неприметную кнопку на его корпусе. Пылесос мгновенно замолчал, издал прощальный писк и навсегда утих.
— Всегда читайте инструкции, — сказал полковник. — Особенно про режим экстренной остановки. Что касается электричества, сейчас я посмотрю. У меня есть кое-какие навыки.
Пока Борис Иванович осматривал розетку, Настя подошла к нему.
— А вы умеете чинить программные ошибки?
— В молодости приходилось, — улыбнулся полковник. — Мы тогда на перфокартах еще работали. И да, я прошел курсы электриков, когда на пенсию вышел. Хобби.
Через десять минут, благодаря Борису Ивановичу, электричество в кухне было восстановлено, а один из кондиционеров, как оказалось, был просто забит пылью, что полковник тоже с легкостью устранил.
— А теперь, про билеты, — сказал Борис Иванович, выпрямляясь. — Мой племянник, он гитарист, играет в группе «Рыжие листья». Сегодня у них концерт в парке. Есть свободные места, могу позвонить. Правда, у них там… ну, своя атмосфера. Выступает еще группа «Темные белки», играют каверы на «Рыжих бестий».
Александр Петрович и Марина Сергеевна переглянулись.
— Значит, мы все-таки попадем на «Рыжих бестий»? — спросил Александр Петрович.
— Почти, — улыбнулся Борис Иванович. — На их кавер-версию. В парке. Под открытым небом.
В тот вечер семья Мухомориковых отправилась на концерт. Игоря впечатлил охранник, который, по его мнению, был агентом спецслужб. Антона поразило количество звезд, видимых из парка, особенно после того, как в городе погас свет из-за перегрузки электросетей. Настя быстро подружилась с племянником полковника, который показал ей некоторые аккорды на гитаре, а дядя Гена, сидя на скамейке, впервые за весь день закрыл ноутбук и, поймав сигналы местного Wi-Fi, начал транслировать концерт на своей странице, комментируя качество звука.
Что до робота-пылесоса «Чистюля Про 3000», то он был отправлен в длительную реанимацию, а после ремонта стал называться «Полковник» в честь Бориса Ивановича. Иногда, по вечерам, он издавал короткие, но четкие сигналы, которые Игорь неизменно трактовал как послания из космоса, Антон — как отголоски солнечной активности, а Настя — как случайные сбои в системе, вызванные некачественной прошивкой. Но для всей семьи Мухомориковых он стал живым напоминанием о том июльском зное, билетах не на ту группу, и неожиданном спасении, пришедшем в лице соседа с садовым шлангом. И теперь, каждый раз, когда Александр Петрович покупал билеты, Марина Сергеевна обязательно проверяла название группы, город и даже фазу Луны. На всякий случай.
Поддержите автора — подпишитесь на наш канал в Дзен.