Это был, без сомнения, один из самых безумных дней в истории семьи Берёзкиных. Прошло уже три года, но мы до сих пор вспоминаем его со смехом и легкой дрожью, особенно когда за окном начинается декабрьская пурга. Я, Елена, диетолог-нутрициолог по призванию и по профессии, до сих пор сомневаюсь, был ли это худший или лучший день в нашей жизни. Скорее всего, и то, и другое сразу.
Начну по порядку. Живем мы в Омске, в уютной, хоть и не очень большой, трехкомнатной квартире. Муж мой, Дмитрий, столяр от Бога, человек с золотыми руками и не менее золотым, хоть и немного упрямым, характером. Всегда что-то мастерит, чинит, строгает. Его любимая фраза: "Я сам разберусь, там делов-то на пять минут". И эти "пять минут" порой превращаются в увлекательное многочасовое приключение с элементами детектива и драмы. Я же, как уже говорила, Елена, отвечаю за сбалансированное питание, здоровый образ жизни и, по возможности, за порядок в этом хаосе творчества и житейских страстей. Мои полки ломятся от баночек с пророщенной пшеницей, семенами чиа и протеиновыми смесями, а в холодильнике всегда найдется что-нибудь зеленое и хрустящее. Дмитрий иногда шутит, что скоро я буду кормить его нектаром и амброзией, но при этом с удовольствием уплетает мои брокколи-запеканки.
Наши дочери – это отдельная песня. Старшая, Аня, одиннадцатиклассница, настоящая солнечная батарейка. Оптимизм из нее брызжет фонтаном, даже когда все вокруг рушится. Ее девиз: "Все будет хорошо, мамочка! Главное – улыбаться!" Она улыбается всегда, даже на контрольной по математике, чем порой доводит учителей до нервного тика. Младшая, Кира, восьмиклассница, полная противоположность. Умница, шахматный вундеркинд, способная просчитывать партии на десять ходов вперед. Она не улыбается, она анализирует. Ее реплики всегда точные, логичные и часто с легким налетом сарказма. "Мама, вы опять забыли, что сахар – это яд? Аня, твой оптимизм граничит с беспечностью", – это ее обычный стиль.
Так вот, в тот самый декабрьский день, когда Омск накрыла такая пурга, что, казалось, белый медведь может запросто заглянуть в окно, к нам приехала моя старшая сестра Ольга. Многодетная мама троих погодков – Степана, Маши и Вити. Оля – душа нараспашку, говорливая, шумная, с невероятной энергией и не менее невероятной способностью создавать хаос вокруг себя. Ее дети – это отдельная глава в учебнике по выживанию. Степан – вечный двигатель, Маша – крикливая принцесса, Витя – маленький разрушитель всего, до чего дотянутся его ручки. Они приехали к нам на неделю, и это означало, что наш размеренный (по моим представлениям) быт превратится в филиал детского сада с постоянными криками, смехом, разбитыми чашками и неиссякаемым потоком вопросов вроде "А когда мы будем есть конфеты?".
Ольга влетела в квартиру, как снежная буря, за ней – охапка разноцветных пакетов, детский рюкзак с заячьими ушками и тройной эскорт из чумазых, но абсолютно счастливых детей. Снег таял прямо на ковре, образуя внушительные лужи, и я уже видела, как мой тщательно вычищенный пылесосом-роботом пол превращается в месиво из грязи и мокрых варежек.
— Привет, Леночка! Ну и метель, девочки! – воскликнула Ольга, стряхивая снег с пуховика прямо в прихожей. – Мы еле доехали! Степка, Маша, Витя, несите быстрее вещи, не стойте столбом!
Дети, вместо того чтобы нести вещи, начали кружиться, разбрасывая по прихожей снегом и крошками от печенья, которое Ольга, разумеется, выдала им в дороге. Степан тут же умудрился залезть на тумбочку для обуви, Маша начала визжать, потому что Витя отобрал у нее плюшевого мишку, а сам Витя пытался откусить кусок от Дмитрия, который стоял в дверном проеме, слегка ошарашенный этим вихрем.
— Оля, дорогая, ну что же ты! – я попыталась улыбнуться. – Давайте хотя бы обувь снимем сразу. Дмитрий, помоги, пожалуйста, им раздеться.
Дмитрий, человек слова и дела, моментально включился в процесс, хотя его лицо выражало легкую панику.
— Ох, Димочка, ты как всегда, молодец! – прощебетала Ольга, пока муж снимал с Степана промокший комбинезон. – Мой-то Васька там совсем обленился, его и молотком не заставишь пошевелиться!
Аня, с неизменной улыбкой на лице, тут же бросилась к кузенам.
— Ура, Степочка! Машенька! Витя! Как я рада, что вы приехали! Будем играть в настольные игры! У меня есть такая классная про единорогов!
Кира же, сидя за кухонным столом и заканчивая свою шахматную партию против компьютера, лишь оторвалась от экрана на секунду, чтобы бросить на входящих холодный, оценивающий взгляд.
— Ольга, ваш приезд увеличивает энтропию в нашей квартире на 300%. Прогноз неутешителен, – сухо заметила она, возвращаясь к своему компьютеру.
Ольга лишь рассмеялась.
— Что, Кирочка, опять за своими фигурами сидишь? Бросай это дело, иди лучше с детками поиграй! Здоровье важнее, чем эти ваши шахматы!
Я вклинилась в разговор, чтобы сгладить ситуацию.
— Ну, Оля, шахматы развивают логическое мышление! Аня, дорогая, давай сначала поможем Оле и детям освоиться.
После того как все более-менее разместились, дети разошлись по комнатам, где тут же начали создавать свой маленький апокалипсис, а мы с Ольгой и Дмитрием сидели на кухне, попивая травяной чай, который я заварила. Дмитрий, оправившись от первого шока, уже придумывал, как бы покрепче прибить тумбочку, на которую Степан снова пытался взобраться.
— Слушайте, – начала я, потирая виски, – я тут недавно читала интересную статью про цифровой детокс. Ученые говорят, что постоянное сидение в телефонах очень вредно для психики. Мы ведь совсем перестали общаться вживую!
Дмитрий фыркнул.
— Лен, да ты же сама с утра до вечера там сидишь, свои рецепты выискиваешь.
— Ну, это по работе, Дима! Но все равно. Я вот подумала, а давайте устроим эксперимент? На целый день откажемся от телефонов! Прямо с утра и до полуночи. Кто первый возьмет в руки телефон – проиграл.
Ольга загорелась.
— Ой, Леночка, это же так здорово! Как в детстве! Никаких этих ваших интернетов, никаких новостей! Только живое общение! Я за!
Дмитрий, конечно, не мог пройти мимо вызова.
— А что, мне терять нечего. В мастерской-то я и так без него справляюсь. А что на кону?
— Ну, скажем, пять тысяч рублей, – предложила я. – Победителю!
Глаза детей, до этого увлеченных выяснением, кто главный в комнате, тут же загорелись.
— Пять тысяч?! – Аня подскочила. – Мама, я согласна! Я так давно хотела новую энциклопедию про астрономию!
— Мама, это нелогично, – подала голос Кира, снова появившаяся на кухне. – Мы живем в эпоху информации. Отказ от коммуникации снижает эффективность взаимодействия с внешним миром. Но если приз пять тысяч, то я согласна. Могу купить себе новый шахматный компьютер.
Дмитрий усмехнулся.
— Ну, Кирюха, даже ты клюнула. Ладно, по рукам. Завтра утром, с восьми и до полуночи. Никаких телефонов.
Так было положено начало. Я, наивная, думала, что это будет милый эксперимент, который сплотит семью. Я и представить не могла, что это станет началом такого… такого беспрецедентного хаоса. В тот вечер я сделала несколько фотографий на свой телефон – как Ольга пытается заплести косички Маше, пока Витя жует ее волосы, как Дмитрий сосредоточенно изучает какую-то деталь на своем верстаке, как Аня смеется, а Кира задумчиво смотрит в окно. Кто бы знал, что это будут последние снимки, сделанные в "нормальной" обстановке.
Утро началось с того, что я первым делом потянулась к тумбочке, где обычно лежал мой смартфон, чтобы проверить почту и сообщения от клиентов. Рука повисла в воздухе. "Ах да, эксперимент!" – вспомнила я.
— Так, телефоны в коробку! – объявила я на завтраке, где уже царил легкий беспорядок. Ольга разлила кофе, Степан пытался кормить кошку овсянкой, а Витя рисовал фломастерами на холодильнике.
Все, немного поворчав, сдали свои гаджеты в большую картонную коробку, которую мы поставили на верхнюю полку шкафа в прихожей. Дмитрий с видом заговорщика подмигнул мне.
— Ну что, Елена, покажем им, кто тут самый дисциплинированный?
Первые часы прошли относительно спокойно. Аня пыталась развлечь кузенов, играя с ними в "слова".
— Степочка, назови слово на букву "А"! – весело спрашивала она.
— А-а-а-а! – орал Степан, не понимая, что от него требуется.
Маша просто хихикала, а Витя пытался съесть фигурку от "Монополии".
Кира, лишенная компьютера, достала свою деревянную шахматную доску и попыталась увлечь Ольгу.
— Ольга, не хотите ли сыграть? Я могу объяснить правила.
— Ой, Кирочка, милая, – отмахнулась Ольга, поглощенная попытками накормить Витю кашей. – Мне некогда, у меня тут целая армия голодных ртов! Я лучше попозже, хорошо?
Я решила заняться чем-нибудь полезным. Попробовала приготовить новый веганский суп-пюре из сельдерея и имбиря. Но, как назло, забыла пропорции некоторых специй. Обычно я быстренько гуглила, а тут... Пришлось экспериментировать. Запах от моей кулинарной импровизации начал распространяться по всей квартире, вызывая подозрительные взгляды Дмитрия.
— Лен, что это за благовония? – спросил он, морща нос. – Вроде ничего не горело.
— Это мой новый рецепт, Дима! Очень полезно для пищеварения! – заверила я, хотя сама сомневалась.
Дмитрий же решил, что раз уж он без телефона, то самое время заняться тем, до чего руки не доходили. Взялся починить подтекающий кран в ванной. Ну, как починить... "Там делов-то на пять минут!" Через полчаса из ванной доносились звуки ударов, скрежета и какие-то нецензурные, но приглушенные ругательства. Затем – громкий хлюпающий звук. Я подошла к ванной. Дмитрий стоял по колено в воде, а из крана хлестала мощная струя, затопляя все вокруг.
— Дима! Что случилось?! – вскрикнула я.
— Да ничего, Лена! Просто гайку перетянул, – выдавил он, пытаясь заткнуть дыру тряпкой, что только ухудшало ситуацию. – Сейчас, я разберусь!
Ольга, услышав шум, прибежала на подмогу, попутно схватив свой телефон, чтобы сфотографировать Дмитрия в столь живописном виде. Я, увидев это, возмутилась.
— Ольга! Телефон! Пари!
— Ой, Лена, да что там! Такая фотография пропадает! – воскликнула она, но тут же спрятала телефон. – Ну ладно, ладно, не буду. Но вот как теперь воду перекрыть?
И тут мы столкнулись с первой проблемой, которую обычно решали одним звонком в домоуправление. А телефона-то нет! Дмитрий, весь мокрый, сбегал в щиток, но не смог найти нужный вентиль. Вода продолжала хлестать. Дети, привлеченные шумом, стали заглядывать в ванную, радуясь "бассейну".
— Мама, мы купаться будем! – кричал Степан, пытаясь снять с себя одежду.
Аня, с улыбкой на лице, попыталась найти что-то положительное.
— Ну, зато у нас теперь будет свой аквапарк! Главное – не унывать!
Кира же, смерив ситуацию взглядом, выдала:
— Расчеты показывают, что при такой скорости течи весь дом будет затоплен через три часа. Необходимо срочно перекрыть стояк.
Дмитрий, промокший до нитки, пытался сохранять достоинство.
— Я столяр! Я разберусь с этим сантехническим недоразумением! Просто надо найти нужный инструмент.
Он исчез в своей мастерской, а через несколько минут вернулся с огромным разводным ключом, похожим на орудие пыток.
Тем временем пурга за окном не просто усилилась, она превратилась в настоящий снежный шторм. Ветви деревьев хлестали по окнам, электричество начало моргать, а потом и вовсе погасло. Полная темнота. И только шум хлещущей воды из ванной.
— Ой, мамочки! – запричитала Ольга. – Света нет! И воды нет! Как же мы теперь?
— Вода как раз есть, Оля, – мрачно заметила я, указывая на потоп в ванной. – И ее очень много.
В этот момент, словно по сценарию, раздался истошный кошачий вопль. Наш кот, Мурзик, обычно степенный и флегматичный, от испуга, видимо, метнулся к открытой Дмитрием форточке в кухне (он ее открывал, чтобы выветрить "ароматы" моего супа) и выпрыгнул наружу. Мы услышали шлепок о сугроб.
— Мурзик! – вскрикнула Аня. – Он убежал!
Дмитрий, оставив тонущую ванную, бросился к окну.
— Черт! Он же там замерзнет!
— Папа, – спокойно сказала Кира. – При температуре минус двадцать пять градусов и штормовом ветре, шансы на выживание у домашнего кота в условиях улицы стремятся к нулю.
Ситуация достигла своего апогея. Потоп в ванной, темнота, завывание пурги, сбежавший кот. И ни одного работающего телефона, чтобы вызвать аварийку, электриков или просто узнать, что происходит.
— Ну вот, – вздохнула Ольга. – Без телефонов мы как без рук. Как мы теперь кота искать будем? А если свет не включат? А дети есть хотят!
Аня, пытаясь сохранить позитивный настрой, предложила:
— Может, он просто спрятался в сугроб? Нам надо всем выйти и позвать его!
— В такую пургу? – ужаснулась я. – Нет уж, Аня, это слишком опасно!
Дмитрий, однако, уже натянул шапку и куртку.
— Я столяр, я справлюсь! Кот мой, я его найду! У меня всегда есть план Б!
Он открыл входную дверь. За ней – снежная стена. Ветер задувал снег прямо в квартиру.
— Дима! Куда ты?! – закричала я, пытаясь удержать его.
— Надо найти Мурзика! – упрямо ответил он, шагая в белый мрак.
Ольга схватила мою старую "мыльницу", которую мы использовали для съемки на Новый год, и, наплевав на пари, щелкнула на прощание уходящего в никуда Дмитрия. Это было последнее, что я видела, прежде чем дверь захлопнулась, оставив нас в полной темноте и с хлещущей водой.
— Ну вот, – обреченно пробормотала я. – Теперь ни света, ни воды, ни мужа, ни кота. И даже позвонить никому нельзя.
Внезапно Кира, которая до этого молча наблюдала за хаосом, подала голос.
— Уважаемые, паника неэффективна. Нам необходимо решить проблему с водой. Для этого следует перекрыть центральный вентиль в подвале. Я визуал, помню, как дядя Дима показывал мне, где он находится.
— Но там же темно! И страшно! – заныла Маша.
— И замерзнуть можно! – добавил Степан.
— Мы не можем оставить дядю Диму одного! – воскликнула Аня.
— Папа сказал, у него есть план Б, – Кира пожала плечами. – Мы должны сосредоточиться на проблемах, которые можем решить.
И тут Ольга, которая до этого все еще пыталась сфотографировать что-то на "мыльницу", внезапно посмотрела на меня и Киру.
— А я, кажется, знаю, где есть свет! У бабы Зины, нашей соседки снизу! Она же старенькая, у нее всегда на случай отключения генератор маленький стоит! И у нее есть старый телефон, тот, что с диском!
Баба Зинаида Павловна была нашей соседкой с первого этажа. Божий одуванчик, бывшая учительница музыки, которая жила одна с десятком кошек и таким же количеством старинных радиоприемников. Я никогда не видела у нее генератора, но Ольга была уверена.
— А как мы до нее доберемся? – спросила я. – Ведь из квартиры выйти – это почти в сугроб провалиться.
— А мы через балкон! – заявила Ольга. – У нас же балконы друг над другом! А у бабы Зины на балконе есть лесенка! Я видела!
Я посмотрела на Ольгу, потом на снежную круговерть за окном. Это звучало как полное безумие.
— Ольга, это опасно!
— А что нам остается?! – она была полна решимости. – Мужчину надо спасать, кота надо спасать, и воду надо перекрыть! Я пошла!
И, не дожидаясь моего согласия, Ольга натянула на себя какой-то старый Дмитриев пуховик, привязала веревкой к поясу фонарик и, к моему ужасу, полезла на балкон. Аня и Кира, несмотря на мой протест, поползли следом.
— Я должна помочь тёте Оле! – воскликнула Аня. – Главное – быть позитивной!
— Если тётя Ольга упадет, кто будет нести ответственность за последствия? – рассудила Кира. – Я пойду, чтобы минимизировать риски.
Я стояла в темноте, слушая шум воды и детский галдеж, и пыталась понять, как я, дипломированный диетолог, оказалась в такой сюрреалистичной ситуации. Спустя десять минут, которые показались вечностью, я услышала крик Ольги снизу.
— Леночка! Мы нашли бабку Зину! У нее и правда генератор! И телефон! И кот!
Кот?!
Я выглянула в окно. В свете редких фонарей, пробивающихся сквозь метель, под балконом бабы Зины я увидела Дмитрия, который держал на руках Мурзика. Рядом с ним стояла сама баба Зинаида Павловна, в цветастом платке и валенках, а из ее открытого балкона виднелись Ольга, Аня и Кира. И, о чудо, из окна квартиры бабы Зины лился теплый свет.
Как выяснилось, Мурзик, выпрыгнув, тут же зарылся в сугроб прямо под балконом бабы Зины. А Дмитрий, пытаясь его найти, тоже провалился в снег и, совершенно случайно, постучал в окно к соседке. Баба Зинаида Павловна, услышав стук и увидев "несчастное животное", тут же его спасла. И, конечно же, сразу предложила Дмитрию зайти, напоила чаем и подключила свой генератор. А ее старый дисковый телефон, хоть и не сразу, но все же позволил Дмитрию дозвониться до аварийной службы.
Через два часа, когда электричество чудесным образом вернулось, а бригада аварийщиков, пробившись сквозь снежные заносы, наконец перекрыла воду в стояке и кое-как починила кран Дмитрия, вся наша большая семья снова собралась на кухне. Мы сидели, уставшие, но довольные, и ели гречку с тушенкой, которую Ольга нашла в закромах бабы Зины. Мой веганский суп был забыт.
— Ну что, кто проиграл? – спросил Дмитрий, поглаживая Мурзика, который спал у него на коленях. – Ольга же доставала телефон!
Ольга рассмеялась.
— Я же не для себя! Я для истории!
— Технически, Ольга нарушила условия пари, – заявила Кира. – Но ее действия привели к положительному исходу – зафиксирован уникальный момент.
— А я ни разу не доставала! – гордо сказала Аня. – И оставалась позитивной!
Я посмотрела на них всех. В тот день мы потеряли многое – спокойствие, порядок, пару нервных клеток. Но обрели что-то гораздо более ценное. Понимание того, что в любой ситуации, даже самой абсурдной, главное – это люди рядом. И, конечно, баба Зинаида Павловна.
Потом, когда суматоха улеглась, Ольга достала ту старую "мыльницу". На ней оказалось несколько снимков. Один из них – Дмитрий, по колено в воде, с разводным ключом, с лицом, полным отчаяния. И второй – Дмитрий, весь в снегу, спасенный Мурзик на руках, стоящий под балконом бабы Зины. А за спиной у него – моя сестра Ольга, Аня и Кира, спускающиеся по лестнице с балкона. Этот кадр стал нашей семейной реликвией, символом того дня, когда папа сказал: "Неважно, что нет связи, у меня всегда есть план Б". И этот план Б, как оказалось, включал в себя добрую соседку, старый телефон и отважный поход за котом в самую настоящую омскую пургу.
Поддержите автора — подпишитесь на наш канал в Дзен.