Прошло уже три года с того дня, а мы до сих пор, когда собираемся всей нашей шумной семьей Плюшкиных-Новых за круглым столом в Верхних Пузырьках, начинаем хохотать. Особенно когда на экране телевизора мелькает очередной прогноз погоды с угрозой ливня. Тогда папа, наш бесстрашный кондитер, порой небритый и вечно пахнущий корицей, только усмехается, поправляя свой воображаемый белый колпак, а мама, наш хореограф с осанкой балерины и голосом, способным организовать роту солдат, закатывает глаза. Это был, без преувеличения, худший и одновременно лучший день в нашей жизни. И все началось с одного маленького, но очень нарядного платья.
Мы, Плюшкины-Новые, жили в домике с яркими ставнями на самой окраине Верхних Пузырьков. Папа, Михаил, был душой нашей семьи и главным поставщиком счастья в виде эклеров и медовых тортов. Его руки, привыкшие вымешивать тесто и украшать кремовые розочки, казались невероятно нежными. Мама, Светлана, была его полной противоположностью: динамичная, строгая, с вечно включенным метрономом в голове. Она преподавала танцы в местном ДК, и даже когда просто заваривала чай, казалось, что это отрывок из балетной постановки.
Наши девочки — старшая, Маруся, и младшая, Аня — были, как папины эклеры и мамины пируэты, абсолютно разными, но идеально дополняющими друг друга. Маруся, в свои одиннадцать, была серьезным энтомологом-самоучкой. Ее карманы всегда хранили что-то живое и шевелящееся: то майский жук, то гусеница в спичечном коробке. Однажды она принесла домой богомола и попыталась научить его танцевать вальс, чем вызвала у мамы легкую истерику и у папы – новую идею для торта "Тропические джунгли". Аня, восьмилетняя младшая, была книжным червем и тихим ботаником. Она могла часами сидеть под одеялом с фонариком, изучая атлас растений, и знала наизусть названия всех мхов и лишайников. Ее мир был укрыт в страницах энциклопедий, подальше от шумных жуков и маминых громких команд.
А тут еще и бабушка Катя, мамина мама, решила приехать погостить. Ей было восемьдесят пять, но энергии в ней было больше, чем в двух Марусях и трех Анях вместе взятых. Бабушка Катя обожала рэп и TikTok. Она ходила по дому в ярких спортивных штанах, подпевала Моргенштерну и снимала странные видео, где, например, показывала, как правильно собирать грибы под бит Оксимирона. Ее любимой фразой было: «Ну чо, Плюшкины, как вайб?»
«Бабушка, вайб сегодня как у дождевого червя, которого вытащили на солнце», – отвечала мама Светлана, когда за два дня до поездки на море начала собирать чемоданы.
Мы летели на юбилей тетушки Зины в Сочи. Для папы это был шанс отдохнуть от муки, для мамы – повод показать новый купальник, а для девочек – обещание моря, на котором они, впрочем, предпочитали изучать прибрежную фауну и флору. Но главное – мы везли подарок. А точнее, мама везла. Это был тот самый наряд, комический символ нашего будущего апокалипсиса. Мама, будучи хореографом, пошила для тетушки Зины эксклюзивное платье: ярко-красное, с перьями страуса по подолу и бисерной вышивкой, изображающей ласточку. Оно предназначалось для выступления тети Зины на ее собственном юбилее. Мама потратила на него три месяца, сотни метров шелка и неимоверное количество нервных клеток. Платье было бережно упаковано в специальный кофр и стояло в прихожей, излучая торжественность.
«Светлана, это не платье, это произведение искусства», – восхищался папа, когда мама в десятый раз примеряла его на манекен.
«Миша, это и есть искусство, – отвечала мама. – А ты попробуй испечь торт, который будет стоять в центре внимания на протяжении всего вечера и ни на секунду не помнется».
Бабушка Катя, увидев платье, радостно закричала: «Оу, это же настоящий флекс! Света, ты могла бы в нем ТикТок снять, было бы миллион просмотров!»
«Бабушка, это не для ТикТока, это для тети Зины, и оно должно быть идеально», – строго отвечала мама, поправляя каждую бисеринку.
Утром того рокового дня, когда мы должны были лететь, солнце светило так ярко, что обещало спокойный, теплый перелет. Мама еще раз проверила билеты, паспорта, кофр с платьем. Папа, как всегда, опаздывал, доедая свой завтрак из вчерашних эклеров. Девочки были уже в машине. Маруся сосредоточенно ковырялась в своем кармане, что-то шепча, Аня читала «Большую энциклопедию водной флоры» на заднем сиденье.
«Миша, ну сколько можно жевать? Мы опаздываем! Вылет через три часа, а нам до аэропорта ехать минимум два часа», – причитала мама, уже сидевшая за рулем нашего старенького минивэна.
«Света, не нервничай, – папа похлопал ее по плечу. – Мы успеем. У меня нюх на скорость, как у пчелы на цветущую акацию. Главное – без паники».
В этот момент за окном начало темнеть. Быстро, как будто кто-то выключил свет. С неба, еще минуту назад безоблачного, хлынул ливень. Не просто дождь – стена воды, срывающаяся с небес, будто кто-то открыл гигантский кран.
«Мама, кажется, будет наводнение, – безэмоционально произнесла Аня, не отрываясь от своей энциклопедии. – В таких случаях уровень воды может подняться на полметра за час».
«Нам бы до аэропорта доехать, а не до ковчега», – пробурчала Маруся, вынимая из кармана крупного жука-оленя. Она зачем-то погладила его по усикам.
Бабушка Катя достала телефон. «О, это же идеальный фон для нового клипа! Мой новый бит – "Дождь-рэп"! У-у-у, ливень пошел, я лечу на юг, но дорогу мне перекрыл жук!»
Мы выехали на трассу, ведущую к аэропорту, и тут же встали. Нас ждала пробка. Глухая, неподвижная, как застывший крем на папином торте. Вода лилась сплошным потоком, дворники не справлялись. Машины вокруг нас превратились в размытые силуэты.
«Миша, почему ты всегда такой оптимист?» – сквозь зубы процедила мама, пытаясь разглядеть хоть что-то впереди. – «Мы стоим! Мы пропустим рейс! Тетушка Зина меня не простит!»
«Света, ну это же форс-мажор! – папа пытался ее успокоить. – Может, они рейс отложат? Сейчас по радио послушаем».
Но радио только шипело, изредка прорываясь тревожными новостями о затопленных дорогах и отключении электричества.
«Маруся, убери жука! Он меня отвлекает», – мама нервно дернула руль, хотя мы и не двигались.
«Он голодный», – просто ответила Маруся, давая жуку кусочек сухарика.
В этот момент позвонила соседка баба Зинаида. Ее голос был полон отчаяния.
«Светочка! Светочка, что же это делается! Ваш подвал! Он… он уже по колено! Слышишь? По колено! Все твои заготовки… все! Это ужас! Вода прибывает!»
Мама схватила телефон. «Что?! Миша, ты слышал? Подвал! Наши банки! Мои огурцы, которые я три месяца крутила!»
Папа, который до этого момента пытался сохранять спокойствие, побледнел. «Мои компоты из вишни! Мое малиновое варенье для тортов!»
Бабушка Катя, выключив свой «Дождь-рэп», озадаченно посмотрела на нас. «Эй, Плюшкины, чо там? Какой вайб теперь?»
«Вайб апокалипсиса, бабушка!» – простонала мама. – «Мы не только на самолет опаздываем, но и наш дом тонет!»
Папа тут же включил режим «спасатель». «Спокойно! Я справлюсь! – он попытался дозвониться до службы спасения, но связь была отвратительной. – Нужно вернуться! Света, разворачивайся!»
«Миша, ты шутишь? Мы в пробке! До аэропорта два километра, а до дома все двадцать! И куда разворачиваться? Тут машины стеной!» – мама указывала на плотный поток.
Тем временем время неумолимо таяло. До вылета оставался час.
«Мы не успеем на самолет», – обреченно сказала мама. – «Мы пропустим юбилей. Тетя Зина будет в шоке. И это платье… оно теперь совершенно бесполезно».
Платье, бережно уложенное в кофр, казалось, смотрело на нас из багажника с укором. Ярко-красные перья страуса, вышитая ласточка… оно было символом несостоявшегося праздника, мечты, которая тонула вместе с подвалом.
«И что теперь делать?» – папа был растерян. В его голосе не было и намека на кондитерскую уверенность.
Маруся, до этого момента молчавшая, вдруг посмотрела на Аню. Аня, в свою очередь, закрыла энциклопедию. Между ними пробежала какая-то невидимая искра. Они как будто обменялись безмолвным сообщением.
«Пап, – начала Маруся, – ты же говорил, что у тебя есть специальный шланг для откачки воды, который ты купил для полива огорода?»
«Да, есть. Но он в подвале!» – папа взъерошил волосы.
«Нет, пап, он в сарае. Я видела, как ты его туда относил, когда хотел полить мои помидоры», – уточнила Аня.
«И еще, – продолжила Маруся, – у нас есть же резиновые сапоги. Вторые, которые ты хотел выбросить, потому что они протекли, но я их забрала для своих исследований».
«И куда это вы клоните, юные Шерлоки Холмсы?» – мама подозрительно прищурилась.
«А если мы вернемся домой, – Аня подняла взгляд, – то сможем спасти подвал. А если мы не поедем на юбилей, то тетя Зина не расстроится, потому что…»
«Потому что мы сможем снять ей офигенный ТикТок-поздравление с бабушкой!» – воскликнула Маруся, глядя на бабушку Катю. – «Бабушка, ты же знаешь, как делать крутые видео!»
Бабушка Катя, до этого момента сидевшая в прострации, мгновенно оживилась. «Йоу! ТикТок-поздравление? Это же флекс! Света, у нас же есть это платье! Мы можем его использовать! Тетя Зина будет в отпаде!»
Мама и папа переглянулись. Затопленный подвал, пробка, пропущенный рейс… и безумная идея детей с ТикТоком.
«Но как мы вернемся? И как мы узнали, что шланг в сарае, а сапоги не выброшены?» – мама попыталась собрать мысли в кучу.
Маруся и Аня переглянулись снова.
«Мы… мы просто заметили», – невинно сказала Маруся, поправляя жука в кармане.
«Да, – добавила Аня, – я читала в энциклопедии, что во время ливней важно знать расположение всех необходимых инструментов».
Позже, когда мы уже стояли на нашем участке, по колено в воде, пытаясь откачать ее из подвала с помощью того самого шланга, который «почему-то» оказался в сарае, папа вдруг застыл.
«Подождите-ка. Шланг. Сапоги. ТикТок. Девочки…»
Мама тоже посмотрела на дочерей. Маруся сосредоточенно давала команды, куда лучше тянуть шланг, а Аня объясняла, какой напор воды может выдержать насос, согласно ее энциклопедии.
«Так вы что, – начала мама, – вы специально?»
Девочки невинно моргнули.
«Ну, мам, – Маруся пожала плечами, – просто мы подумали, что если мы полетим на самолете, то кто будет заботиться о моих жуках? И о маминых помидорах? И вообще, там на море скучно, а тут такая движуха!»
Аня добавила: «И я еще не дочитала главу про влияние морской воды на пресноводные растения. А тут такой отличный полигон для исследований».
Оказалось, старшая Маруся, не желая расставаться со своими жуками и пропустив летние наблюдения, и младшая Аня, не желая отрываться от своих энциклопед, заключили тайный союз. Они знали о надвигающемся ливне (Маруся «почувствовала» по поведению насекомых, а Аня «вычитала» в старом календаре), подговорили бабушку Катю на идею с ТикТоком, а главное – заранее «заботились» о том, чтобы все необходимое для «спасения» подвала было под рукой. Они даже слегка подкрутили кран в подвале, чтобы «ускорить процесс» затопления, но об этом мы узнали гораздо позже.
В итоге, самолет мы, конечно, пропустили. Тетушка Зина так и не увидела своего красного платья с перьями. Но она получила самое фееричное видеопоздравление в истории ТикТока. Бабушка Катя, облаченная в то самое красное платье, с перьями страуса, которые она дополнила собственными сережками в виде диско-шаров, читала рэп собственного сочинения, держа в руках вазочку с папиными эклерами. Мама, смирившись с ситуацией, танцевала на заднем плане флешмоб. Папа, смеясь, подбрасывал муку, имитируя снег. А девочки… Маруся подбрасывала своего жука, а Аня держала табличку с надписью «Тетя Зина, с юбилеем! Мы вас любим, как наш подвал!». Видео набрало миллионы просмотров, а тетушка Зина сказала, что это был лучший подарок в ее жизни.
Подвал мы в тот день, конечно, откачали. Света с Мишей отмывали банки, Маруся собирала своих жуков, которых смыло водой, Аня перечитывала энциклопедию, чтобы понять, как лучше осушить помещение. А бабушка Катя, абсолютно счастливая, планировала новые видео.
Тот день, начавшийся с паники и пробки, закончился общим смехом и чувством невероятной близости. Мы не улетели на юг, но пережили свое маленькое домашнее приключение. И каждый раз, когда я вижу красное платье с перьями, аккуратно висящее в шкафу у мамы, я вспоминаю, как мои девочки, такие разные, смогли объединиться и перевернуть все с ног на голову, чтобы… ну, чтобы остаться дома. А папа с тех пор, перед каждой поездкой, обязательно проверяет прогноз погоды. На всякий случай. И Аня с Марусей всегда готовы предложить "план Б". А иногда, и "план А" тоже.
Поддержите автора — подпишитесь на наш канал в Дзен.