Семья Пузановых — это вам не ячейка общества, это стихийное бедствие с пропиской. В этот раз беда пришла, откуда не ждали: для школы Митрофану Пузанову-младшему потребовалась справка от психолога. Глава семейства, Геннадий Пузанов, вызвался добровольцем, нацепил парадную рубашку и отправился в медицинский центр «Душевное равновесие» (название явно придумывал оптимист).
Присел Геннадий у кабинета с табличкой **«Феофанов В.А. Детский психолог»**. Рядом на стуле вибрировала от сдерживаемого смеха женщина, прижимая к груди детскую куртку. Дверь была предательски приоткрыта, и Геннадий, как истинный Пузанов, немедленно превратился в одно большое ухо.
В кабинете шел допрос пятилетнего Мити.
— Ну и кем же ты, Митенька, хотел быть на утреннике? — медовым голосом вопрошал Феофанов.
— Алешей Поповичем, — отрезал Митя. Голос у него был такой, будто он уже планирует поход на Тугарина Змея.
— Богатырем? Прекрасный выбор! — воодушевился психолог. — Настоящий мужской архетип!
— Нет, — вздохнул ребенок. — Не здорово. Мне дали роль Жука.
— Какого... — психолог поперхнулся, — жука?
— Доброго.
Наступила пауза. Психолог Феофанов явно пытался найти в своей диссертации раздел «Превосходство членистоногих над былинными витязями». Не нашел.
— Но это же... ууух! — выдал он наконец мощный аргумент. — Жук — это экологично! И что же ты должен был делать?
— Бегать вокруг Алеши Поповича и жужжать.
— Бегал? Жужжал? — с надеждой спросил Феофанов.
— Нет. Один круг пробежал, а потом передумал. И стал бить Алешу Поповича.
Геннадий Пузанов в коридоре зажал рот ладонью. Соседка по очереди начала подозрительно икать в рукав куртки.
— Ты его побил?! — ахнул психолог. — Зачем?!
— Я ударил его прямо в шлем, — сурово пояснил Митя. — Он пытался выкрутить мне руку, но это была не моя рука! И пока он крутил не мою руку, я его бил!
Мама Мити в коридоре забилась в конвульсиях и прошипела Пузанову:
— Ему пришили к костюму четыре лишних поролоновых лапы... Алеша схватил ложную конечность, а Митька в это время работал основными... Господи, я сейчас умру!
— И коня! — донеслось из кабинета.
— Что «коня»? — голос Феофанова дрогнул.
— Коня тоже бил! Арсена!
— Подожди... — Феофанов, кажется, начал терять связь с реальностью. — Коня Алеши Поповича звали Юлий. Откуда взялся Арсен?
— Конь — это конь! — закричал Митя, теряя терпение. — Но в коне был Арсен! Он был его задней частью! И я бил его прямо туда! Понимаете? Прямо по этой части Арсена!
В коридоре Геннадий Пузанов осознал, что если сейчас не спрячет голову в сумку, то его хохот разнесет здание к чертям. Мама Мити уже ползла в конец коридора, засунув в рот воротник куртки, чтобы не выть в голос.
— Митя, нельзя говорить такие слова... — пролепетал психолог. — Мне нужно... попить воды.
Дверь распахнулась. Из кабинета вывалился Феофанов. Он прислонился к стенке и начал беззвучно содрогаться, вытирая слезы под очками.
— Простите, Галочка, — шептал он маме Мити, которая протягивала ему влажную салфетку как белый флаг капитуляции.
В этот момент из соседнего кабинета вышел знакомый Геннадия.
— О, Пузанов! Привет. Ты чего тут сидишь? Ты что... плакал?
Геннадий посмотрел на него красными от смеха глазами, икнул и честно ответил:
— Рыдал, Петрович. Психика — штука тонкая. Особенно когда на пути Алеши Поповича встает Добрый Жук с запасными руками!
Поддержите автора — подпишитесь на наш канал в Дзен.